Первый сталевар (Окончание.Начало в № 37 от 14 сентября.)

29 сентября 2017 года в 07:35:20

Материал посвящён Иосифу Ивановичу СУХАРЖЕВСКОМУ (1897–1937), сталевару, участнику первой плавки на заводе «Электросталь». В этом году исполняется 120 лет со дня его рождения.

С ЭШЕЛОНОМ БЕЖЕНЦЕВ

Юбилейную, пятисотую, плавку в марте 1921 года завод доверил провести также Иосифу Сухаржевскому. Однако уже в декабре он, жена и новорождённая дочь отправились из Богородска с эшелоном беженцев в Польшу, к родным. Массовая репатриация – из России в Польшу и из Польши в Россию – стала следствием российско-польской, или польско-большевистской войны (1919–1921), которую принято считать частью войны гражданской и заключённого по её окончании Рижского мирного договора. Согласно сообщению Российского телеграфного агентства (РОСТА) от 21 мая 1924 года, общее число репатриантов, возвратившихся в Польшу из СССР в период с апреля 1921-го по апрель 1924-го, составило 1 100 000 человек, из которых 15–20 % поляков. Поехал ли Сухаржевский на родину в поисках лучшей доли для семьи и недавно рождённой дочери (условия жизни в Затишье были и в самом деле суровыми) или тосковал по родным людям и местам, неизвестно. Но уже 25 мая 1923 года он, «перебежав границу вместе с семьёй, то есть с женой и ребёнком, в районе города Борисова», вернулся в Электросталь. Как объяснял впоследствии на допросе, вернулся только с целью получить работу. А кроме того, он считал, что «раньше всё время проживал в Советском Союзе».

УДАРНИК, РАЦИОНАЛИЗАТОР, РАБКОР

Несмотря на полтора года длившуюся эмиграцию, Сухаржевского вновь приняли на завод; более того – уже в 1924 году он вступил в члены РКП(б). Вскоре в сталеплавильном цехе № 1 вышла первая на заводе стенная газета «Молния» (название подразумевает, вероятно, не только оперативность отражения событий, но и связано с именем марки стали), редактором которой сталобер-мастер, известный и уважаемый на заводе и в посёлке человек Иосиф Сухаржевский; позже он являлся и рабкором газеты «Правда». В апреле 1931-го первый сталевар завода выехал с группой специалистов предприятия (среди них И.Ф. Тевосян и К.П. Григорович) за границу, в германский город Эссен, в четырёхмесячную служебную командировку для изучения зарубежного опыта на заводах Круппа. Иосиф Иванович стал одним из первых рационализаторов завода. «Сухаржевский обязался дать три рационализаторских предложения с экономическим эффектом в 30 тыс. рублей», – писала 24 сентября 1933 года газета «Электросталь» в статье «На вызов тульских рабочих». За время работы на заводе внедрено 84 его рационализаторских предложения. В 30-е годы семья переехала в многоэтажный кирпичный дом на ул. Горького, среди личных наград главы семейства были именные часы от т. Орджоникидзе; в 1935-м в столичной типографии им. 2-й пятилетки была напечатана написанная Сухаржевским книга на 46 страницах «Разливка высококачественной стали». В 1937 году к печати готовилась вторая его книга…

ОТ ЮБИЛЕЯ ДО БУТОВА

1937-й – год двадцатилетия завода «Электросталь», датой рождения которого считается день первой плавки. Но накануне этой годовщины… «16 ноября 1937 года, поздно ночью, пришли какие-то люди, – вспоминала Ядвига Иосифовна Сухаржевская, – перерыли всё в комнате, забрали различные бумаги и фотографии и арестовали отца». Жена и дочь несколько раз ездили в ногинскую тюрьму, выстаивали многочасовые очереди, чтобы узнать хоть что-то об отце, передать гостинцы. В одну из передач положили маленькую подушечку, вышитую руками Ядвиги. Отношение в посёлке к ним изменилось – от семьи «врага народа» отвернулись. Ядвиге пришлось оставить институт и уехать к родственникам в Ленинград. О судьбе Иосифа Ивановича долго не было ничего известно. «Осуждён в 1938 г. ВК (Военной коллегией. – Ред.) Верховного суда СССР на 10 лет без переписки», – написано от руки в уголке сохранившегося в архивах письма дочери сталевара, Ядвиги Иосифовны, с которым в 1956 году она обратилась к генеральному прокурору СССР с просьбой о реабилитации отца. «Десять лет без права переписки» – формулировка приговора, которую в те времена часто сообщали родственникам репрессированного, который на самом деле был приговорён к расстрелу. Что касается Сухаржевского, в 1938 году он никак не мог быть осуждён. Его жизнь прервалась в декабре 1937-го на Бутовском полигоне НКВД. «Выписка из акта. Постановление НКВД СССР от 1.12.1937 г. о расстреле Сухаржевского Иосифа Ивановича. Приведено в исполнение 15.12.1937 г.» Согласно «Календарю памяти» Бутовского полигона, в один день с Иосифом Сухаржевским было расстреляно ещё 136 человек. Кем они были? Священник, фабричный электрик, инвалид труда, землекоп (бывший мулла), зав. фабрикой, экономист, слесарь, чернорабочий, продавец, сапожник, колхозник, кладовщик, медсестра, пекарь, учитель, кочегар, лаборант, парикмахер, актёр, дворник, инженер, пожарный, буфетчица, доцент института... Подавляющее большинство реабилитированы в 1950-е за отсутствием состава преступления. Только за декабрь 1937-го на Бутовском полигоне было 12 «расстрельных» дней; общее число жертв 2379.

В ШПИОНАЖЕ НЕ ВИНОВЕН

От ареста Иосифа Сухаржевского до вынесения ему смертного приговора прошло всего две недели и ещё столько же – до исполнения приговора. Допрос Сухаржевского, на основании которого было вынесено обвинительное заключение, состоялся в день ареста. Из известных лиц в протоколе упомянут лишь Константин Петрович Григорович (1886–1939), основатель отечественной школы электрометаллургии, профессор, доктор технических наук, один из плеяды выдающихся питерских учёных и инженеров, как Н.И. Беляев, Б.В. Старк, В.И. Саблин, приехавших в Затишье создавать новый завод. Беляева и Саблина к 1937 году уже не было в живых. Григоровича арестовали в 1938-м по обвинению в участии в контрреволюционной террористической и шпионской организации. Он был расстрелян в 1939 году, реабилитирован в 1956-м. Из протокола допроса Сухаржевского:

- Имели ли переписку с заграницей?

- Да, имел в 1926 году, после этого переписка с родственниками у меня прекратилась, и только в 1931 году брат Константин прислал мне письмо из Франции.

- Кто вам давал задание перейти в СССР, с кем вам было поручено связаться в Советском Союзе?

- Никаких заданий не получал, также никаких поручений по связям не получал.

- Следствию известно, что вы были завербованы польской разведкой и переброшены для шпионской работы. Сообщали Лазоровской о состоянии завода «Электросталь», в частности о выпускаемой продукции. (Ответ:«О заводе с ней никогда не говорил».) Вы даёте следствию ложные показания.

Сухаржевский был знаком с Розой Самойловной Лазоровской ещё в Электростали, где она работала заведующей поликлиникой завода № 12, навещал приятельницу и после её переезда в Москву. К моменту допроса Лазоровская была арестована как польская шпионка. Одним из подтверждений её шпионской деятельности, по словам следователя, является посещение польского консульства. Кроме нелегального перехода границы и дружбы с Лазоровской, в обвинительном заключении фигурируют ещё два факта, по которым дали показания работники завода «Электросталь»: Сухаржевский не вёл борьбы с вредительством (в цехе были аварии с печами и крановым хозяйством, сталь выпускалась с колоссальным количеством брака) и выступал с контрреволюционной защитой статьи врага народа Пятакова «Распределение прибылей». «Признаю себя виновным, – это последняя реплика обвиняемого, – что совершил нелегальный переход границы из Польши в Советский Союз, Лазоровской никаких сведений не передавал». «Не признал себя виновным в шпионской деятельности», – последняя фраза, записанная в протоколе. Иосиф Иванович Сухаржевский посмертно реабилитирован 1 июня 1957 года за отсутствием состава преступления. Его жена, Екатерина Никифоровна, умерла в 1974-м; дочь, Ядвига Иосифовна, – в середине 1990-х. В Электростали сегодня живёт внучка Сухаржевского, Людмила.

Наталья ЛЬВОВА.

Благодарим за предоставленные документы и фотоматериалы Музейно-выставочный центр Электростали.

Электростальская афиша

Партнеры

Архив